Татьяна Горбунова: как я с нуля разработала програму для удаления фона
Сначала я просто хотела избавиться от нудной работы
Я практикующий археолог и преподаватель университета. Каждый год езжу в экспедиции: ищу археологические памятники, участвую в раскопках, а потом пишу отчеты. Иногда делаю их на заказ по материалам других археологов.
Одна из обязательных частей такого отчета — иллюстрации находок. Артефакт нужно сфотографировать в разных проекциях, вырезать из фона, потом разместить на белом листе в нужной последовательности и масштабе вместе с другими находками.
Когда предметов много, работа превращается в довольно унылый конвейер.
Раньше я делала все это в Photoshop. Сколько именно времени уходило на один предмет, я никогда не засекала: слишком многое зависит от коллекции и качества фотографий. Но могу точно сказать другое: если впереди меня ждала большая партия таких снимков, у меня мгновенно включался режим прокрастинатора. Сразу выяснялось, что обед не приготовлен, собака не выгуляна и вообще есть масса дел гораздо более срочных.
Поэтому мысль автоматизировать эту работу появилась не из желания сделать какой-нибудь новый продукт. Мне просто очень не хотелось снова вырезать вручную сотни изображений.
К нейросетям я подходила несколько раз
Гайды, курсы, вебинары — и еще куча всего, чтобы нейросети работали на вас
С нейросетями я познакомилась еще в 2023 году, с ChatGPT. Тогда он не говорил по-русски, а на английском я печатаю недостаточно быстро, чтобы работа в чате приносила удовольствие. Поэтому первая встреча особого впечатления на меня не произвела.
Потом появились визуальные нейросети. Я увлеклась нейропортретами, прошла небольшой курс по Midjourney. Тогда добиться похожего на конкретного человека лица было еще задачей со звездочкой.
А потом я каким-то образом нашла Нейроцех. Как именно — уже не помню. Но там меня очень быстро зацепил вайбкодинг.
Я начала придумывать ботов для собственной работы. С идеями проблем не было, а вот с реализацией были. Код я тогда делала через агрегатор: нейросеть что-то писала, объясняла, что исправить, а дальше нужно было самой сохранять файлы, переносить изменения, снова что-то копировать. Для человека без опыта программирования это означало, что я слишком много времени трачу не на саму задачу, а на возню с кодом и файлами.
Первые проекты в итоге так и остались недоделанными.
В конце 2025 года я добралась до Claude, VS Code и скиллов. И вот тогда все наконец начало складываться.
Claude я подключила к VS Code через плагин. Мне понравилось, что теперь можно было не копировать каждую правку руками, а работать с проектом непосредственно вместе с нейросетью. Сам VS Code тоже оказался для меня удобным и понятным. С терминалом у нас любви не случилось, да я особенно и не старалась.
Впервые появилась связка, в которой я могла заниматься не файлами, а тем, что мне действительно было интересно: объяснять, что должна делать программа.
А потом появился срочный заказ
Мне заказали сделать альбом иллюстраций археологических находок. Работа была срочной. Каждый предмет во всех проекциях нужно было вырезать так, чтобы фон стал прозрачным.
Я начала, как обычно, в Photoshop.
Потом довольно быстро поняла, что не хочу провести за этим несколько дней, и пошла искать сервисы для пакетного удаления фона. Когда что-то нужно сделать срочно, очень быстро начинаешь искать обходные пути.
Но готовые варианты либо не устраивали меня по качеству, либо требовали отдельной оплаты.
К этому моменту я уже вполне уверенно общалась с Claude и работала в VS Code. И в какой-то момент подумала: а зачем мне покупать еще один сервис, если можно попробовать сделать инструмент именно под себя?
Причем мне нужна была не универсальная программа на все случаи жизни. Задача была простая: загрузить сразу много фотографий археологических предметов и получить их без фона.
И еще программа обязательно должна была работать без интернета. Археолога периодически заносит в такие места, над которыми, кажется, даже спутники летают через раз. Поэтому зависеть от облачного сервиса мне совсем не хотелось.
Так появился будущий «Артефакт».
Я просто объясняла, что мне нужно
Самое интересное было в том, что я не сидела и не думала, как технически реализовать ту или иную функцию.
Я объясняла Claude примерно так, как объяснила бы задачу человеку: вот здесь должно работать так, вот это мне неудобно, вот этого не надо, а вот это должно быть не как в Photoshop, а иначе.
Он предлагал варианты реализации, фиксировал требования и собирал из этого программу.
Первый рабочий прототип появился примерно за день. Причем основная функция заработала практически сразу.
Я загрузила туда фотографии из того самого заказа и впервые запустила пакетную обработку. Через несколько минут у меня была готова вся партия артефактов с удаленным фоном.
Вот тут и началось мое любимое: «А что, так можно было?»
Потом еще: «И вот так тоже можно?»
В какой-то момент возникло ощущение, что я работаю с Хоттабычем. Формулируешь очередную хотелку и выясняешь, что она вполне реализуема.
Все нейросети
в одном флаконе
ChatGPT, Claude, Gemini
и другие — в агрегаторе Нейроцеха
Самым сложным неожиданно оказался не код, а интерфейс
После первого прототипа мы начали постепенно доводить программу под реальную работу.
Для меня одной из самых сложных вещей оказался интерфейс. Мне было важно, чтобы все нужные кнопки находились под рукой, чтобы ничего не приходилось искать и чтобы не нужно было догадываться, куда нажать.
Ну и чтобы красиво было тоже хотелось.
Первая версия выглядела довольно страшно. Как раз тогда у Claude появились новые возможности для работы с дизайном, и мы начали перестраивать интерфейс: двигать блоки, менять расположение функций, смотреть, как сделать повседневную работу удобнее.
Основная функция появилась очень быстро, а потом началась обычная жизнь программы: «вот это хорошо бы перенести сюда», «здесь нужен еще один режим», «а вот это лучше показывать сразу».
Хорошие фотографии программа обрабатывает сама, сложные можно поправить
Сейчас «Артефакт» работает с локальной моделью, которая распознает предмет и отделяет его от фона. Фотографии никуда не отправляются, интернет программе для этой работы не нужен.
Если снимок хороший, предмет контрастный и нормально отличается от фона, обработка проходит практически автоматически.
Но археологические фотографии бывают разными. Где-то предмет сливается с фоном, где-то сложный край, где-то программа может захватить лишнее или, наоборот, срезать часть объекта.
Поэтому в «Артефакте» появились дополнительные режимы для сложных случаев и инструменты ручной доводки. Можно быстро показать программе, какую область оставить, убрать лишнее или поправить готовую маску.
Еще программа умеет сама отмечать подозрительные результаты: например, если внутри предмета появились дыры, контур развалился на части или изображение получилось явно странным. Тогда я сразу вижу, какие фотографии стоит проверить вручную.
Мне не нужно возвращаться в Photoshop и начинать обработку заново. Я просто поправляю результат внутри самой программы.
От первого прототипа до нормальной программы прошло меньше недели
Рабочий прототип появился примерно за день.
До версии, которую уже можно устанавливать на другой компьютер и распространять, я довела «Артефакт» меньше чем за неделю на обычной подписке Claude за 20 долларов.
Сделала нормальную сборку, ключи активации и все остальное, что отличает программу от папки с кодом на моем компьютере.
Точную экономию времени я посчитать не могу, потому что раньше никогда не засекала, сколько часов провожу в Photoshop. Но разница очень заметная.
То, что раньше могло занять несколько дней, на хороших исходниках теперь занимает минуты.
Качество исходников при этом никуда не делось. Если предмет почти не отличается от фона или снят неудачно, его приходится проверять и дорабатывать.
Но это уже совсем другая работа. Вместо того чтобы вырезать каждый артефакт с нуля, я смотрю готовый результат и вмешиваюсь только там, где это действительно нужно.
«Артефакт» пока не стал бизнесом, да я и начинала не ради этого
Заказчик, для которого я делала тот самый срочный альбом, увидел, насколько быстрее идет работа, и заинтересовался программой.
До покупки дело пока так и не дошло. На этом этапе заказчику проще заплатить мне за готовую работу, чем самостоятельно осваивать новый инструмент.
«Артефакт» технически готов к продаже, но системно продавать его я еще не начинала.
Изначально такой задачи у меня вообще не было.
Я делаю эти программы прежде всего для себя. Мне хочется убрать из собственной работы как можно больше механической рутины и освободить время для того, ради чего я когда-то вообще пошла в археологию, — для науки.
Если какой-то из инструментов окажется полезен коллегам и пойдет дальше, возражать я не буду. Но обычно у меня все начинается не с мысли «хочу сделать продукт», а с конкретной рабочей проблемы.
Нужно было быстро убрать фон с большой партии находок — появился «Артефакт».
Когда снова дойдут руки до следующего этапа подготовки иллюстраций, буду развивать его дальше. Компоновку предметов на листах программа пока не делает. Когда эта задача снова станет для меня актуальной, появится следующий набор функций.
Нейроцех дал мне не одну программу, а саму идею, что так можно
Наверное, главное, что мне дал Нейроцех, — не какой-то отдельный инструмент и даже не конкретный навык.
Там довольно быстро появляется ощущение, что рабочую «хотелку» не обязательно оставлять хотелкой.
Можно прийти с довольно сумбурным «мне надо, чтобы вот это делалось вот так», обсудить идею с нейросетью, попробовать один вариант, второй, третий и в итоге получить инструмент, которого раньше у тебя просто не было.
В чате постоянно обсуждали чужие проекты, люди показывали, что делают, делились решениями. Всегда можно было спросить совета. Мне хватило первого импульса, чтобы дальше шар сам покатился в гору.
Теперь я обычно работаю над программами тогда, когда они начинают быть нужны мне самой.
Сейчас, например, уже второй месяц делаю гораздо более масштабный проект — «Грому». Она постепенно собирает в одной оболочке то, для чего раньше мне приходилось использовать AutoCAD, Surfer, InDesign, SAS.Planet и другие отдельные программы.
И вот там я уже иногда смотрю на результат и думаю, что та самая волшебная кнопка, про которую раньше можно было только пошутить, кажется, понемногу появляется.
Нажал — и значительная часть отчета готова.
А потом возникает следующая мысль: «Так. А что еще можно сделать?»